среда, 24 апреля 2013 г.

Мордой не вышли судить

Как говорил в известном всем фильме Глеб Жеглов - "суд у нас народный, между прочим". Не буду спорить насколько народным был суд 70 лет назад, но нашей власти участие народа в отправлении правосудия - кость в горле. 
Когда суды перестали именоваться народными это была лишь смена вывески. Когда был уничтожен институт народных заседателей это воспринималось всеми как ликвидация пережитка советского строя.
Когда из компетенции суда присяжных исключили дела, связанные с терроризмом, это многими воспринималось как правильное решение, хотя юристы и все, знакомые с историей, вспомнили, что почти 150 лет назад именно с этого начались "контрреформы", направленные на уменьшение объема компетенции суда присяжных.
Сегодня же Госдума почти единогласно лишила права на суд присяжных обвиняемых в преступлениях против половой неприкосновенности несовершеннолетних. 
Я уже много раз писал, что у нас "антипедофильные дела" в массе своей дутые и являются высшей ступенью "делания палок" правоохранительными органами. Как заявила автор законопроекта Ирина Яровая (а кто бы сомневался в авторстве?), "сегодня мы имеем ужасающую статистику по решениям суда присяжных по преступлениям, которые связаны с насилием в отношении ребенка. Подавляющее большинство - это оправдательные приговоры, - возмущалась она. - [Такие дела должны] рассматриваться профессиональным составом суда. Это обеспечит, прежде всего, защиту прав ребенка. Исключит факты психологического давления и влияния".
Иными словами, народный суд не склонен верить дутым обвинениям и диким фантазиям правоохренителей и судит по совести. И это ужасно беспокоит прокуратуру (помните, откуда пришла госпожа Яровая? Бывших прокуроров не бывает, прокурора можно отправить работать ассенизатором, путевым обходчиком или, скажем, депутатом - но он все равно останется в душе прокурором, просто лишенным привычных погон). Еще бы, от них требуют немыслимого (с их точки зрения) - ДОКАЗАТЬ ВИНУ. Не бормотать заклинания "нет оснований не доверять показаниям потерпевшего", а представить ДОКАЗАТЕЛЬСТВА. Наша советская (она же - российская) прокуратура никогда этого не умела и приучена к суду, который от нее этого и не требует. А тут - какие-то 12 человек, которым что-то нужно доказывать, которые смеют сомневаться в словах прокурора? Безобразие!
Я обычно не смотрю телевизор, но, пару раз увидев госпожу Яровую и ее выступления в Думе, долго боролся с дежавю. Это классический советский прокурор, знакомый каждому адвокату. Бесполая и лишенная возраста, с яростью сексуально обделенной советской тетки, сублимирующая это в своей ненависти ко всему роду человеческому, состоящему, по ее мнению, только из оппозиционеров, пьяных водителей и прочих педофилов... в какой стране с честными выборами такая особь попала бы в число народных избранников?